Главная Форум Регистрация Поиск Сообщения за день Все разделы прочитаны Календарь Правила форума Наше радио

Вернуться   Музыкальный Огонек > О жизни и творчестве исполнителей


Улыбнитесь
Чтобы вас не искусали комары - возьмите половинку лимона, бутылку текилы, солоночку соли и не ходите на улицу.

Пользователи на сайте
13 пользователей и 199 гостей
jetdiamonds, KOHbBIIAJIbTO, Kri_S, motor1948, nsi, Oenrot, paszek, thanksamillion, toki3131, toro1002, vj3c2, Vostanovitel, ziadsz
Рекорд одновременного пребывания 11743, это было 08.08.2016 в 13:08.
Статистика
Пользователи: 78,728
Тем: 130,519
Сообщений: 297,549
Лучший автор: electrik (8,739)
Приветствуем нового пользователя, yyb
Поиск по форуму
Дни рождения сегодня
нет
Разделы сайта
Интересное
Шульженко Клавдия
Позвольте тоже добавить в копилку о Шульженко.
Для меня эта певица-это воспоминания о моей маме,которая безумно любила песни Шульженко. Она и танцевать меня учила под чудесную песню "Руки".Шульженко пела так,что никто не мог остаться равнодушным.


Клавдия Шульженко - над всеми модами века

...Теперь немного о ее военных и послевоенных годах жизни.
Объявление о начале войны застало певицу на гастролях в Ереване. Добровольно вступив в ряды действующей армии, в первый год ленинградской блокады она дала 500 концертов, исполняя «Записку», «В вагоне поезда», «О любви не говори», «Руки», «Синий платочек»... Сотни раз певица выезжала на фронт, выступая перед бойцами. Ее песни звучали на передовых и в госпиталях. От них веяло запахом весенней земли, тишиной ночей, голубизной неба… такой знакомой и забытой…
Медсестры горнострелкового полка Г. Сизова и Е. Черняева вспоминали, как они оберегали несколько пластинок и старенький патефон… бойцы разных батальонов, под пулями, в дождь и пургу приходили в землянку и, «обняв патефончик, замирали, слушая Шульженко». Надо сказать, что слова «Синего платочка», которые мы знаем сейчас, были изменены именно на войне. На фронте в 1942 году, после очередного концерта, к певице подошел военный журналист М. Максимов и предложил свой вариант стихов. С тех пор певица исполняла только их.
Строчи, пулеметчик!
За синий платочек…
Вот старая фотография. Платочек, который актриса держит в руке, раскрашен синим. Эта фотография попала к ней в письме фронтовика А.Г. Наумова. Он писал, что пронес эту карточку сквозь всю войну. В архиве певицы сотни писем со словами благодарности.
В 1942 году Клавдию Шульженко наградили медалью «За оборону Ленинграда», а 9 мая 1945 года – орденом Красной Звезды. Летом того же года «За выдающиеся заслуги в области вокального искусства» певице было присвоено звание заслуженной артистки РСФСР.
Тогда журналисты писали, что окончательное творческое кредо Шульженко, ее художественная тема и лирическая героиня сформировались именно в годы войны, потому что в ее репертуаре больше не было «случайных» песен. На самом же деле песни по- прежнему были разными, просто актриса научилась делать их «своими».
В послевоенные годы Шульженко буквально «воцарилась» на эстраде, задавая тон в вокальном жанре. Ее изящные пустячки мгновенно обретали популярность. Она пела о счастье, радости и удаче, на пути к которым нет никаких преград. Снова и снова, на любом ее концерте, зрители требовали повторения «Простой девчонки», «Челиты», «Приходи на свиданье» (муз. А. Островского, стихи Н. Лабковского). Каждый месяц – десятки сольных выступлений. Каждый день – сотни поклонников. Великолепное сочетание вокального и актерского мастерства сделало Шульженко ярчайшей исполнительницей.
С годами ее мастерство лишь оттачивалось. Став народной артисткой СССР, она не пыталась задерживать внимание зрителей на музыкальных ритмах, костюмах, косметике или прическе. Актриса заставляла видеть и слышать совсем другое, задумываться о чем-то действительно важном: «Мне нравятся песни – раздумья о человеческой жизни… Песня – это искусство.
А искусство обязательно должно вызывать раздумья. Хорошая песня, словно моноспектакль с большим смыслом и содержанием, с огромным накалом человеческих страстей». И действительно, любая песня в исполнении Шульженко теперь становилась драматическим спектаклем, театром одного актера, рассказом о жизни, иногда о ее частном эпизоде, смешном или печальном, но в котором всегда звучала мудрость обобщения… Взять хотя бы «Три вальса» (муз. А. Цфасмана, стихи Л. Давидович и В. Драгунского), в которых соединилась вся многогранность творчества вокалистки, ее ювелирное мастерство, умение говорить на пределе какой-то очень личной исповеди, способность через частный случай раскрыть закономерности целой жизни.
Именно это умение и подняло певицу «над всеми модами века», а эстрадные песни в исполнении Клавдии Шульженко сделало настоящим искусством. В золотом фонде советской эстрады, наряду с «Нежностью» М. Кристалинской и «Журавлями» М. Бернеса, хранятся «Три вальса» К. Шульженко.



Велико было влияние актрисы и на молодое поколение вокалистов, для которых она являлась настоящим кумиром. Гелена Великанова, вспоминая поступление в Эстрадную студию под руководством Б.Я.Петкера, говорила: «Я чуть не умерла от страха, когда увидела в жюри, рядом с Вертинским, Утесовым и Церетели Клавдию Ивановну…». Эдуард Хиль утверждал, что решил стать певцом именно на концерте Клавдии Шульженко: «Меня буквально ошеломило тонкое, филигранное мастерство артистки, ее умение, исполняя песню, всякий раз как бы создавать заново, раскрывать в ней тонкие движения чувства, умение воспроизводить не только образ, а жизнь этого образа. Вот тогда-то и возникло желание попробовать себя именно в песне». Иосиф Кобзон писал: «Я считаю, что певец ни в коем случае не должен отвлекать слушателей от песни. Если жест подчеркивает содержание, помогает созданию образа, какой-то жанровой зарисовки, как у Клавдии Ивановны Шульженко, я – за».
А Алла Борисовна Пугачева стала ярчайшей представительницей и преемницей «школы Шульженко».
Миллионы же советских людей ловили каждую возможность встретиться с дорогой актрисой. Каждый выпуск ее пластинки, каждое появление на телеэкране, будь то трансляция юбилейного концерта в Колонном зале Дома Союзов или показ телевизионного фильма «Вас приглашает Клавдия Шульженко», становились настоящим семейным праздником, приходом в дом долгожданного гостя и верного друга.
И мало кто знает, что в последние годы жизни певица оказалась в более чем затруднительном положении. Расставшись с В. Коралли, Клавдия Шульженко жила в маленькой комнатке коммуналки, получая от государства пенсию 270 рублей. Актриса, заслужившая всеобщую любовь и признание, обладательница десятков почетных званий, наград и орденов (последний, орден Ленина, был вручен певице в 1976 году), теперь распродавала драгоценности и антиквариат, которые собирала все послевоенные годы… Невольно вспоминается положение эстрадного артиста в начале XX века. И спрашивается, так ли уж изменилось отношение государства к актерскому брату? И так ли уж волнует нас самих действительное положение вещей?
Я шут, я арлекин, я просто смех;
Без имени и, в общем, без
судьбы…

И вот, как и почти сто лет назад, на помощь эстраднику пришли коллеги по цеху. Денег актриса не брала (тайком умудрялась оставить несколько банкнот лишь Алла Пугачева), но они приносили ей подарки. Как правило, это были вещи, необходимые любой женщине: косметика, скатерть, плед… А шелест загадочных листьев за окном, как эхо несмолкающих аплодисментов, убаюкивал ее по ночам…
Когда летом 1984 года Клавдия Шульженко в последний раз уезжала в больницу, в ее комнате оставались лишь две ценные вещи: диван красного дерева, купленный у Лидии Руслановой, и рояль Дмитрия Шостаковича.



Клавдия Шульженко – певица-символ советской эстрады

Примадонна советской эстрады, народная артистка СССР – Клавдия Шульженко прожила яркую творческую жизнь. Каждая ее песня – это целый спектакль, построенный по всем законам драматургии. Не просто петь, а играть, не просто играть, а жить судьбой своих героев – эта способность Шульженко сделала ее любимицей огромной страны.



Клавдия Шульженко родилась 24 марта 1906 года, в Харькове. О своем детстве она писала: «Первое художественное впечатление было связано с отцом - от него я впервые услышала украинские народные песни. Бухгалтер управления железной дороги, отец мой серьезно увлекался музыкой: он играл на духовом инструменте, как тогда говорили, в любительском оркестре, а иногда пел соло в концертах. Его выступления, его красивый грудной баритон приводили меня в неописуемый восторг». Став старше, Шульженко брала уроки вокала у профессора Харьковской консерватории Чемизова, мечтала о драматическом театре, и в семнадцать лет стала актрисой местного.



Её первый аккомпаниатор, которого она ласково называла Дуня, оказался затем ведущим советским композитором — И. Дунаевским. Об этих годах она вспоминала: «Утром - репетиции. После репетиции - занятие пением у Чемизова или урок танцев в балетной школе Натальи Тальори, матери прославленной балерины Натальи Дудинской. Никогда не мечтала о карьере профессиональной балерины. Занятия классическим танцем, так называемая «школа», которую я проходила, необходима для каждого актера, она дает умение владеть своим телом. А вечером снова спектакль или концерт, и ты снова стоишь у кулисы, прислушиваешься к залу и, волнуясь, ожидаешь своего выхода. А назавтра с утра опять репетиция». Год спустя специально для Шульженко была написана песня «Кирпичики», ставшая классикой эстрады на долгие годы. На сюжет этой мелодраматичной песенки был даже снят полнометражный художественный фильм, чего в практике мирового кинематографа никогда, похоже, больше не случалось. Окрыленная успехом, Шульженко оставляет провинциальный Харьков и отправляется сначала в Ленинград, а затем в Москву. Она стала первой звездой советской эстрады и долгие годы удерживала первенство. В документальном фильме «Три вальса», посвященном жизни Клавдии Шульженко, принимают участие Ирина Розанова и Нани Брегвадзе.

давай закурим

Когда началась Великая Отечественная война, Шульженко и ее муж отправились на фронт, и их ансамбль стал называться «Ленинградским фронтовым джаз-ансамблем». За первый год ленинградской блокады она дала невероятное количество концертов – почти пятьсот.



В конце 1941 года в репертуаре Клавдии Ивановны появилась ставшая впоследствии легендарной песня «Синий платочек», написанная польским композитором Ежи Петербургским.
Военные годы стали триумфальным путем Клавдии Шульженко. Она прошла этот путь поистине самоотверженно. И те, кому довелось слышать и видеть Шульженко в годы войны, и через много лет платили ей трогательной любовью.

Шульженко чудом удалось вывезти из разбомбленного Харькова гостившего у родных Гошу. А вскоре началась блокада. У Шульженко был собственный оркестр - одно из приятных следствий победы в предвоенном конкурсе артистов эстрады. Вскоре после начала войны оркестр был переименован в Ленинградский фронтовой джаз-ансамбль и уже в июле начал давать фронтовые концерты. К осени семья вместе с Гошей и стареньким Иваном Ивановичем Шульженко, которого дочь перед войной забрала к себе, перебралась в подвал Дома Красной Армии. Теперь не приходилось спускаться в бомбоубежище по пять раз за ночь, и не нужно было тратить время на дорогу до работы. Иван Иванович той зимой умер от дистрофии, и Клавдия, боясь оставлять Гошу одного, стала брать его с собой на концерты, таская девятилетнего мальчика по фронтовым частям.

Артисты получали фронтовой паек, и это давало силы жить, но от плотненькой хохлушки не осталось и следа. Большеротой, худой, в темном платье с блестками и увидели ее впервые тысячи людей по стране: в 1942 году вышел в свет фильм "Концерт - фронту", где Шульженко исполняла "Синий платочек". В самом начале войны артисты, и женщины в том числе, обычно выступали одетыми в военную форму. Но однажды солдаты упросили Шульженко спеть в вечернем платье, чтобы хоть на несколько минут забыть о войне. С тех пор она всегда выступала перед бойцами в подчеркнуто женственном, эстрадном наряде. За первый год войны Шульженко дала 500 концертов и в 1942 году была награждена медалью "За оборону Ленинграда". В те годы в ее репертуар вместе с "Синим платочком" вошли "Вечер на рейде" и "Давай закурим". Сама Шульженко никогда в жизни не курила и почти не пила спиртного, лишь иногда по праздникам могла пригубить рюмку вина или шампанского. Факт этот неизменно потрясал поклонников, постоянно предлагавших ей после концерта трофейные шикарные папиросы.



В середине войны коллектив был вызван в Москву для подготовки программы к 25-летию Красной Армии. А после войны Коралли и Шульженко решили переехать в столицу насовсем.

под натиском времени

В первый послевоенный год Шульженко исполнилось сорок. И цифра эта никак не приводила Клавдию Ивановну в восторг. К тому же в работе все шло наперекосяк: старые песни поднадоели, военные были любимы, но теряли актуальность, оркестр остался в Ленинграде... Тяжко приходилось не ей одной. "Темной ночи" тогда досталось за "кабацкие мотивы", "Летят перелетные птицы" была обвинена в "цыганском надрыве". Стоит ли говорить, что писали критики про Шульженко? Журнал "Крокодил" опубликовал эпиграмму:

Вы спели хорошо про встречи,
Про речи тоже и про руки.
Но слушать это каждый вечер
Знакомой рифмой скажем: муки.


Для певицы это был словно бы период безвременья, но время не стояло на месте, безжалостно продолжая наступление. Женщина до мозга костей, Шульженко чувствовала это - и воспринимала болезненно остро... Однажды она ни за что ни про что накричала на музыканта, с которым работала. Тот сначала ошарашенно слушал незаслуженные упреки, а потом, вдруг вскипев, выпалил: "Клавочка, да вы просто старая жопа!" Шульженко страшно обиделась и без конца потом повторяла: "Ну хорошо, пусть жопа. Но чтобы старая - это уж слишком!"

В канун 31 декабря 1955 года Шульженко с Коралли поссорились и впервые за долгие годы встретили Новый год врозь. А в наступившем году, прожив вместе 25 лет, развелись. Почему? Точного ответа на этот вопрос, наверное, ни один из них не знал. Быть может, они просто устали от четвертьвекового непрерывного общения друг с другом... Много лет спустя, умирая, Коралли просил похоронить его рядом с бывшей женой. Сын выполнил просьбу.

Развод изменил не только семейное положение Шульженко, но и жилищные условия. Прекрасная четырехкомнатная квартира на улице Алексея Толстого превратилась в коммуналку, где кроме Клавдии Ивановны и ее снохи с двумя внучками поселилась семья из четырех человек. Функции спальни, гостиной и комнаты для репетиций сосредоточились на 17 квадратных метрах. Между тем Шульженко никогда не позволяла себе появляться в халате даже на кухне. Как ей удавалось так существовать, остается загадкой. Но, видно, дело было настолько плохо, что Шульженко изменила своему принципу ничего не просить в высоких кабинетах и написала письмо с просьбой помочь ей с жильем. Ее вызвали к министру культуры Екатерине Фурцевой. Просидев в приемной больше часа, Шульженко поднялась и отчеканила, обращаясь к секретарю: "Передайте вашей начальнице, что она плохо воспитана!" О новой квартире пришлось забыть.

последняя любовь

К середине 60-х она начала скрывать седеющие и редеющие волосы париком, а старческий румянец - килограммами пудры. Поклоны, которые она отвешивала на сцене, стали подчеркнуто глубокими, "земными", призванными показать гибкость, сохраненную с помощью изнурительных тренировок.



Ее последней любовью был кинооператор Георгий Епифанов, моложе Шульженко на 12 лет. Ее отчаянное, вырванное у судьбы последнее счастье - и его ожившая мечта юности. Увидев Клавдию Шульженко совсем молодым пареньком еще в довоенном Ленинграде, Епифанов собирал ее пластинки, всю войну возил их с собой в коробке из-под кинопленки. И в течение долгих лет ненавязчиво, изредка, стыдясь собственных чувств, слал ей открытки к праздникам, подписанные "Г. Е". Они случайно познакомились благодаря общей приятельнице. Шульженко пригласила Епифанова в гости. В обычно переполненной квартире на улице Толстого в тот вечер было на удивление пусто. Они проговорили весь вечер, как будто знали друг друга многие годы. "Ну вот что, Жорж, - сказала Шульженко под конец, глядя в сторону. - Вы уже или уходите, или оставайтесь". Он остался на восемь лет.

Именно Епифанов помог Шульженко выбраться из коммуналки, и остаток жизни она прожила в кооперативной квартире неподалеку от метро "Аэропорт", купленной с его помощью. Расставшись, они продолжали перезваниваться. Епифанов сопровождал ее в Кремль, когда ей вручали звание народной артистки СССР в 1971 году и орден Ленина в 1976-м. Он так и не обзавелся ни детьми, ни новой семьей. И, пережив Шульженко на 13 лет, умер в день ее рождения - 24 марта 1997 года.

а снег повалится

В застойные времена Шульженко вписалась неожиданно легко. Подобно многим фронтовикам, Брежнев не только любил, но и очень уважал Клавдию Ивановну. Ее приглашали выступать на все торжественные концерты. А 10 апреля 1976 года она давала свой юбилейный, посвященный семидесятилетию концерт в Колонном зале Дома союзов. Этот зал приносил ей успех всегда, начиная с довоенного еще конкурса. Но то, что выпало на долю Шульженко в этот весенний вечер, было не успехом, а триумфом.

Едва оправившись от тяжелой болезни, она готовилась к своему юбилейному вечеру с какой-то всепоглощающей страстью, в глубине души, видимо, понимая, что это выступление может стать ее последним большим концертом. В день иногда бывало по три репетиции - с оркестром, с пианистом, с ансамблем...



Она появилась на сцене в сером платье, сжимая в высоко поднятой руке синий шифоновый платок. Стремительно прошла к микрофону. Песню не объявляли - к чему? Зал не унимался семь минут. Она пела как никогда в жизни. А потом вдруг решила объявить одну из песен сама, проворковав в микрофон своим неподвластным годам голосом: "'А снег повалится'. Композитор Григорий Пономаренко, стихи Евгения Евтушенко, исполняет Клавдия Шульженко". Возбужденный зал улыбнулся тройному сочетанию украинских фамилий, раздались хлопки. Пианист проиграл вступление. И стоявшая на сцене женщина, которой две недели назад сравнялось семьдесят, запела:

А снег... а снег повалится, повалится,
И я прочту в его канве,
Что моя молодость повадится
Опять заглядывать ко мне...
И мне покажется, покажется, покажется
По Сретенкам и Моховым,
Что молод не был я пока еще,
А только буду молодым.




Зал ревел - в прямом и переносном смысле. А она стояла, с победным вызовом глядя перед собой. В тот вечер она победила всех - своих мужчин и своих критиков, время, возраст и неистовый страх перед старостью. Возможно, ей следовало умереть после того концерта. Но Бог отпустил еще восемь лет. Клавдия Ивановна скончалась в 1984 году и похоронена на Новодевичьем кладбище.



Телеканал «Культура» 24 марта 1996

9 мая 1945 года - вручение певице ордена Красной Звезды.

29 сентября 1945 года - солистке Всероссийского гастрольно-концертного объединения Клавдии Шульженко "За выдающиеся заслуги в области вокального искусства" присвоено почетное звание заслуженной артистки РСФСР.

Лето 1947 года - премьера вокальной сюиты В.П.Соловьева-Седого "Возвращение солдата" (автор стихов ко всем 6-ти песням цикла А.Фатьянов, аккомпаниатор - Раиса Брановская).

1954 год - первая долгоиграющая пластинка.

Март 1954 года - съемки в кинофильме "Веселые звезды", режиссер В.Строева.

Ноябрь 1962 года. За большие достижения в области советского эстрадного искусства" Клавдии Шульженко присваивается почетное звание народной артистки РСФСР.

Октябрь 1965 года - участвует в Первом фестивале советской эстрадной песни (Москва, Государственный театр эстрады).

1967 год - член жюри Всесоюзного фестиваля советской песни.

Январь 1971 года - 4 сольных концерта в Ленинградском концертном зале (аккомпаниатор - Давид Ашкенази).

Май 1971 года - солистке Москонцерта К.И.Шульженко "за большие достижения в области советского эстрадного искусства" Указом Президиума Верховного Совета СССР присваивается почетное звание народной артистки СССР.

10 апреля 1976 года - юбилейный концерт в Колонном зале Дома Союзов (аккомпаниатор - Борис Мандрус).

Июнь 1976 года - вручение певице ордена Ленина.

Май 1979 года - участвует в культурной программе "Олимпиада-80".

1980 год - участие в записи на Всесоюзной студии грамзаписи фирмы "Мелодия" кантаты "Сын и мать "французского композитора Дариуса Мийо (текст Мориса Карэма, русский перевод Н.Рождественской). Партия Матери.

1980 год - записывает свою последнюю долгоиграющую пластинку "Портрет".

1981 год - выпускает в издательстве "Молодая гвардия" книгу мемуаров "Когда вы спросите меня..." (литературная запись Глеба Скороходова). Второе издание - в 1985-м году.

Декабрь 1983 года - участие в съемках телевизионного фильма "Вас приглашает Клавдия Шульженко" (режиссер - С.Журавлев, автор сценария - Г.Скороходов). Премьера - 18 декабря по первому каналу Центрального телевидения.

17 июня 1984 года. После продолжительной болезни скончалась выдающаяся певица, народная артистка СССР Клавдия Ивановна Шульженко. С ее именем связаны яркие достижения отечественного музыкального искусства. Своим творчеством она внесла неоценимый вклад в развитие советской песни, патриотическое воспитание широких народных масс" (из правительственного некролога).





О её характере ходили легенды

ШУЛЬЖЕНКО всегда знала себе цену. «Я стала эпохой в нашей культуре», — как-то сказала она своему концертмейстеру. Тот возразил, что такой вывод должен сделать народ. «Народ может и забыть», — ответила Клавдия Ивановна.



Когда накануне новогодней ночи адъютант Василия Сталина пригласит её выступить перед сыном вождя, певица ответит: «По Конституции я тоже имею право на отдых». К счастью для неё, разговор этот состоялся незадолго до смерти Сталина и неприятных последствий не имел.

Она вообще была довольно резкой на слова. Нелёгкий характер Шульженко не позволил ей ужиться ни с Коралли, ни со вторым мужем.

О характере Шульженко ходили легенды. Для того чтобы успешно спеть концерт, ей было необходимо с кем-нибудь поругаться. Директор Театра эстрады даже нанимал специальных рабочих, которых Клавдия Ивановна перед каждым своим выходом на сцену отчитывала и увольняла. Выступление проходило на ура, а в следующий раз ситуация повторялась.

В конце жизни Шульженко стала болеть, развивался склероз. Последний раз она выступила перед публикой во время своего юбилейного концерта в Колонном зале Дома союзов в апреле 1976 года. Поклонилась в финале фирменным «шульженковским» поклоном, коснувшись руками сцены. Это было её прощание с песней. Делиться своей слабостью (под конец она иногда забывала слова) Шульженко не собиралась ни с кем.

Иногда она обижалась, что телефон в её доме стал звонить реже. Расстраивалась, что её начинают забывать. Но это было неправдой. В день, когда певицы не стало, в Москве давала концерты Алла Пугачёва. Выйдя на сцену с глазами, полными слёз, она объявила: «Не стало великой певицы России». И 18-тысячный зал встал. Помнят Шульженко и сегодня. На её могиле на Новодевичьем кладбище всегда свежие цветы и неизменный синий платочек.

По материалам газеты "АиФ"



О супер-хите "Кирпичики"

Первым "хитом" Шульженко стала песня "Кирпичики", написанная специально для нее поэтом Павлом Германом. Совсем молодой Герман к тому времени уже был автором слов "Авиамарша". Но новая песня на "Авиамарш" оказалась вовсе не похожа. Герман положил на музыку вальсочка, известного всем начинающим пианистам как "Две собачки", еще более незатейливый сюжет о парне, девушке и кирпичном заводе. "Хорошая песня, - похвалила Клавина мама, услышав новинку в исполнении дочери, - на 'Маруся отравилась' похожа".



Премьера состоялось в конце сентября 1925 года на концерте, устроенном актерами Краснозаводского драматического театра, куда Шульженко перешла работать от Синельникова. "А теперь я исполню песню из своего репертуара", - потупила глаза девятнадцатилетняя Клавдюша, закончив привычную программу, и повела своим чистым контральто:

На окраине, где-то в городе,
Я в рабочей семье родилась,
Лет шестнадцати, горе мыкая,
На кирпичный завод нанялась.


Через месяц песню распевали во всех харьковских пивных. А вскоре она разлетелась и по стране. Успех был настолько феноменален, что на сюжет "Кирпичиков" сняли одноименный фильм - случай в истории кинематографа беспрецедентный.

Идиллию первого успеха нарушила советская музыкальная критика. Цензура в те годы к эстраде только подбиралась, и песен еще не запрещали. Но ярлыки уже навешивали. "Мещанство", "похабщина" - шквал ругани, обрушившийся на "Кирпичики" был прямо пропорционален успеху песни у слушателей... Редчайший дар превращать своим исполнением в искусство самые незамысловатые, даже примитивные вещицы не единожды сыграет с Клавдией Ивановной злую шутку. "Пошлятиной" и "примитивизмом" будут объявлены не только "Руки" или "Записка", но даже и "Синий платочек", и "Давай закурим". Стараясь задобрить критику, Шульженко раз от разу насиловала свои программы, впихивая в них пафосные советские сочинения.



История песни "Синий платочек"

"Синий платочек" существовал задолго до того, как его исполнила Шульженко. Но - с другими словами. Песню написал еще до войны автор "Утомленного солнца" Ежи Петербургский. И пели ее такие звезды, как Лидия Русланова и Изабелла Юрьева. Шульженко не раз спрашивали, почему она не включает такую милую песню в свой репертуар. "Не нравится!" - отмахивалась она, не пускаясь в объяснения. И вот однажды во время войны, после концерта в одной из частей к ней подошел молоденький военный с лейтенантскими кубарями в петлицах. Смущаясь, протянул Клавдии листок со стихами: "А музыка из 'Синего платочка', вы наверняка знаете". Шульженко прочла текст. И в тот же день спела песню, которой суждено было остаться ее эмблемой и через много лет после смерти.



Таких популярных в то время песен, как «Донна Клара», «Утомленное солнце», композитор Ежи Петерсбурский на одном из концертов исполнил свою новую мелодию, написанную им во время недавних гастролей в Днепропетровске.

Присутствовавший на концерте поэт и драматург Я.М.Галицкий обратил внимание; на эту яркую, очень напевную мелодию и тут же в зале, записал в своем блокноте возникший в его поэтическом воображении текст:

Синенький, скромный платочек
Падал с опущенных плеч.
Ты говорила, Что не забудешь
Ласковых, радостных встреч...

Встретившись после концерта с Ежи Петерсбурским в гостинице, поэт показал ему свои черновые наброски. Было решено, что песня, пожалуй, получится, но текст следует дополнить еще несколькими куплетами. Через несколько дней она была полностью готова, и на очередном концерте ее впервые исполнил солист «Голубого джаза» Станислав Ландау. Новая песня, названная авторами «Синий платочек», сразу понравилась москвичам. С этого дня она обязательно исполнялась в каждом концерте оркестра Генриха Гольда.

Вскоре «Синий платочек» стал широко известен и его включили в свой репертуар такие мастера песенной эстрады, как Лидия Русланова, Изабелла Юрьева, Вадим Козин, Екатерина Юровская. В том же 1940 году песня была дважды записана на граммофонную пластинку в исполнении И.Д.Юрьевой и Е.И.Юровской.

Многие годы считалось, что первой записала «Синий платочек» Екатерина Николаевна Юровская. Но вот совсем недавно мне в руки попал подлинный договор Е.Н.Юровской с фабрикой грампластинок Ленмузтреста на запись четырех произведений: «Синий платочек», «Не говори», «Фиалки» и «Вот, что наделали песни твои». На договоре, подписанном певицей и директором фабрики В.Ф.Рыбкиным, стоит дата: 19 ноября 1940 года. А согласно журналу регистрации грамзаписей, хранящемуся в архиве Всесоюзной студии грамзаписи фирмы «Мелодия» Изабелла Даниловна Юрьева напела на пластинку песню «Синий платочек» 24 сентября 1940 года. Таким образом, приоритет первой записи популярной песни принадлежит не Е.Н.Юровской, а И.Д.Юрьевой.

Клавдию Ивановну Шульженко «Синий платочек» не взволновал. Она вспоминала: «Синий платочек» в том, довоенном, варианте мне понравился — легкий, мелодичный вальс, очень простой и сразу запоминающийся, походил чем-то на городской романс, на песни городских окраин, как их называли. Но текст его меня не заинтересовал: показался рядовым, банальным». Так и не попал «Синий платочек» в довоенный репертуар Клавдии Ивановны.

Началась Великая Отечественная война. Казалось, что среди грохота сражений, небывалых еще в истории войн, могут звучать лишь боевые песни да марши. Однако, как отмечал поэт А. Сурков, «уже с первых дней войны стало слышно, что рядом с кованными строками «Идет война народная, священная война» в солдатском сердце теплятся тихие лирические слова в общем-то не очень сильной песни «Синий платочек».

Правда, жизнь внесла свои коррективы в содержание популярной песни. Буквально в первые же дни войны в Киеве получил распространение вариант текста «Синего платочка», сочиненный безвестным автором:

Двадцать второго июня
Ровно в четыре часа
Киев бомбили. Нам объявили,
Что началася война.

Кончилось мирное время
Нам расставаться пора!
Я уезжаю, Быть обещаю
Верным тебе до конца.

Стукнут колеса состава,
Поезд помчится стрелой.
Ты — на перроне,
Я уж в вагоне.
Ты мне помашешь рукой..


Быть может, текст этот и небезупречен с литературной точки зрения, но он удивительно верно передает обстановку и общий дух тех незабываемых дней.

Часто во время концертов бойцы просили Клавдию Ивановну Шульженко исполнить и такие довоенные, сугубо «мирные» лирические песни, как «Руки», «Андрюша», «Встречи», «Мама» и, конечно же, «Синий платочек». Поэтому певица включила в свой репертуар и эту песню.

Однажды весной 1942 года Фронтовой джаз-оркестр В. Коралли и К. Шульженко выступал в гвардейском подразделении генерала Н.А.Гагена, защищавшем легендарную «дорогу жизни» через Ладожское озеро. После концерта, беседуя с бойцами, Клавдия Ивановна познакомилась с литературным сотрудником газеты 54-й армии Волховского фронта «В решающий бой!» лейтенантом Михаилом Александровичем Максимовым. Когда речь зашла о любимых песнях и, в частности, о «Синем платочке», артистка сказала:

— Песня популярна в народе, у нее простая, запоминающаяся мелодия. Но нужны другие слова, которые отражали бы сегодняшний день, нашу великую битву с фашизмом. Тогда песня будет нужна армии.

Лейтенант М. А. Максимов не был поэтом, да и в газете работал всего лишь два месяца. До этого он воевал в составе Первой горно-стрелковой бригады помощником командира артиллерийско-пулеметного батальона. Но слова К. И. Шульженко его очень взволновали, и он воспринял их как личное задание. По свидетельству писателя Александра Бартэна, бывшего сослуживца М. А. Максимова, тот, вернувшись с концерта певицы, сразу же принялся работать над новым текстом песни. Было это 9 апреля 1942 года. К утру текст был готов. «Мне сразу понравились простые, берущие за душу слова,— вспоминала К. И. Шульженко.— В них было много правды. У каждого из защитников нашей Родины, у каждого воина есть одна, родная женщина, самая любимая, близкая и дорогая, за горе, страдание, лишения, за разлуку с которой он будет мстить врагу... И вскоре я уже пела фронтовой «Синий платочек» для своих слушателей. С тех пор песня эта навсегда осталась в моем репертуаре».

Хорошая песня всегда была верным помощником бойца. С песней он отдыхал в короткие часы затишья, вспоминал родных и близких. Многие фронтовики до сих пор помнят видавший виды окопный патефон, на котором они слушали любимые песни под аккомпанемент артиллерийской канонады. Участник Великой Отечественной войны писатель Юрий Яковлев пишет: «Когда я слышу песню о синем платочке, то сразу переношусь в тесную фронтовую землянку. Мы сидим на нарах, мерцает скупой огонек коптилки, потрескивают в печурке дрова, а на столе — патефон. И звучит песня, такая родная, такая понятная и так крепко слитая с драматическими днями войны. «Синенький скромный платочек падал с опущенных плеч...».

В одной из песен, популярных в годы войны, были такие слова:

Кто сказал, что надо бросить Песни на войне? После боя сердце просит Музыки вдвойне!

Учитывая это обстоятельство, было принято решение возобновить на Апрелевском заводе прерванное войной производство грампластинок. Начиная с октября 1942 года из-под пресса предприятия пошли на фронт грампластинки вместе с боеприпасами, пушками и танками. Они несли песню, которая была так нужна бойцу, в каждый блиндаж, в каждую землянку, в каждый окоп. Вместе с другими песнями, рожденными в это тяжкое время, воевал с врагом и «Синий платочек», записанный на граммофонную пластинку в ноябре 1942 года.

Сейчас точно известно, что в годы войны песня «Синий плато чек» дважды выпускалась на пластинках. Правда, была сделана еще одна запись - с довоенным текстом Я- Галицкого, но она не была тиражирована на граммофонных пластинках.

Первая пластинка была выпущена в блокадном Ленинграде в очень ограниченном количестве экземпляров. На пластинке помещалась фонограмма звукового сопровождения кинофильма «Концерт фронту», в котором К. И. Шульженко исполняла «Синий платочек» с; новым текстом в сопровождении двух аккордеонистов Фронтового джаз-ансамбля (Л. Беженцев и Л. Фишман). А через несколько дней Клавдия Ивановна напела на пластинку еще один вариант «Синего платочка» в сопровождении полного состава Фронтового джаз-оркестра (пластинка №139). Именно эта запись получила самое широкое распространение.


Минометчики на привеле слушают патефон. 49 армия, 2-й белорусский фронт.

Синий платочек
Романс
Исп. Изабелла Юрьева
Слова: Галицкого
Ансамбль под руководством С.Кагана
(10529 - 1940 г.)

Синий платочек
Исп. Клавдия Шульженко
Слова лейтенанта М.Максимова
В сопровождении джаз-ансамбля под управлением К.Шульженко и В.Коралли
(139 – 1942 г.)


Огромная благодарность автору статьи.



В дополнении ....

(из беседы с сыном Клавдии Ивановны Шульженко)

— Отношения между мамой и Фурцевой были настолько напряженными, что доходило до абсурда. Екатерина Алексеевна часто посещала концерты советских эстрадников. Но, когда на сцену выходила мама, Фурцева демонстративно покидала зал, — подтверждает Игорь Владимирович.

— Долгое время Клавдия Шульженко была одной из самых высокооплачиваемых эстрадных певиц в Советском Союзе. На что она тратила деньги?

— Большая часть заработка уходила на продукты. Однажды мама пришла в “Елисеевский” и попросила у директора гастронома какие-то деликатесы. Он не стал ее обслуживать, и мама тогда заявила: “Я больше никогда не приду в ваш магазин”. И с тех пор она стала отовариваться только на рынке, где стоимость продуктов была намного выше, чем в магазинах.

— Правда, что, когда умерла любимая собака Шульженко, Клавдия Ивановна отменила все концерты?

— Когда болонку Кузю насмерть сбила машина, мама потеряла голос. Она долго не могла восстановиться. Журналисты осуждали певицу за то, что она отказывается петь из-за смерти какой-то псины. Но ей было наплевать на мнение общественности.

— Говорят, даже в глубокой старости Клавдия Ивановна выглядела сногсшибательно.

— Неудивительно. Ведь каждое утро Клавдия Ивановна делала часовую зарядку, — вспоминает сноха Шульженко. — Когда она просыпалась, первым делом бежала к зеркалу, сбривала брови и рисовала тоненькие ниточки. Затем накладывала тени, красила губы и повторяла: “Я не могу выйти к столу с лысым лицом”.
В 1982 году не стало близкого друга Шульженко — Леонида Утесова. Вскоре у Клавдии Ивановны случился инфаркт. Тогда врачи вкололи ей сильнодействующее средство, которое, как утверждают родственники, негативно сказалось на ее здоровье.

Клавдия Ивановна часто делилась профессиональными секретами с другими исполнителями. Муслиму Магомаеву, например, она посоветовал поменьше кричать и побольше петь. А восходящую звезду Аллу Пугачеву прославленная певица обучала искусству земного поклона. В свои 70 лет, Шульженко кланялась публике, доставая подбородком до пола. Алле Пугачевой, как зафиксировала камера, это оказалось в те времена не под силу…
В начале 80-х в доме у Клавдии Ивановны часто бывала Алла Пугачева. В каждый свой приезд она оставляла ей деньги — прятала их под разные предметы. Предложить ту или иную сумму певице Пугачева не решалась. Клавдия Ивановна никогда бы не приняла помощи от чужих людей. А так хозяйка дома, когда находила деньги, считала их своими — к тому времени у нее развился склероз...










Текущее время: 05:54. Часовой пояс GMT +4.

    Для правообладателей -Обратная связь    Главная   Форум    Архив    Вверх 

Internet Map Анекдоты,музыку,рецепты и не только найдете Вы в Беседке Индекс цитирования Яндекс.Метрика

Copyright ©2004 - 2017, Музыкальный огонек - Русский шансон.

Powered by vBulletin® Version 3.8.9
Copyright ©2000 - 2017, vBulletin Solutions, Inc. Перевод: zCarot